«Когда ездил в лагерь к Джону Джонсу, он ходил с пивным животом. Реально был как алкаш». Огненные истории бойца UFC

«Когда ездил в лагерь к Джону Джонсу, он ходил с пивным животом. Реально был как алкаш». Огненные истории бойца UFC

Шамиль Гамзатов и Джон Джонс. Фото instagram.com

Шамиль Гамзатов рассказал «СЭ», почему Джон Джонс не проигрывает, как американский боец заплакал после спарринга с дагестанским ветераном ММА, и чем опасны бездомные в штате Нью-Мексико.

«Когда ездил в лагерь к Джону Джонсу, он ходил с пивным животом. Реально был как алкаш». Огненные истории бойца UFC

«Услышал громкий рев. Спустился — а там Джон Джонс лежит». Приключения дагестанского бойца в США

Про Джона Джонса

— Не сказал бы, что он сильно сдал. Он просто начал осторожничать. К тому же Джон сам рассказывал перед первым боем с Густафссоном (сентябрь 2013 года, Джонс выиграл единогласным решением судей. — Прим. «СЭ»), что якобы пьянствовал, нормально не тренировался. Не знаю, насколько это правда, но, видимо, он несерьезно относился к делу. До такой степени был уверен в своих силах, что позволял себе отдыхать, ходить в клубы, но при этом выигрывать бои. А сейчас время работает против него. Если он будет продолжать так же, то может упасть в нокаут, потерять реакцию, выносливость.

Он вроде и весит много. Когда был у него в лагере, он весил 110-111 кг, у него был прямо пивной живот. Реально как алкаш был, когда начинал тренироваться. За месяц вернулся к своим кондициям. В последние дни он сгоняет очень много, почти десятку за два дня. При этом чувствует себя легко. Может, дело в том, что он высокий, жидкость ведь легче выгонять.

Я с ним тренировался месяц с лишним, наверное (в зале Jackson Wink в Альбукерке, штат Нью-Мексико. — Прим. «СЭ»). Вообще, меня уговаривали остаться, тогда была организация World Series of Fighting, которая преобразовалась в PFL. Я готовился к бою, там были Тимур Валиев, Саид Нурмагомедов, еще один парень из Казахстана, в общем, много кто туда приезжал. Можно было делать хороший тренировочный лагерь. Би Джей Пенн, Алистер Оверим — все находились там на тот момент. Орловский тоже был. Интересное время. Местность мне не понравилась — такое серое место, депрессивное, некуда пойти, но там высокогорье, для спортсмена неплохо там потренироваться.

В общем, недорассказал: мы готовились к бою, я выиграл нокаутом. Мне предлагали остаться [в Jackson Wink], говорили, что оплатят пребывание. Не помню, с кем тогда должен был драться Джон Джонс, но готовились мы вместе. Обычно они нанимают спарринг-партнеров, а наши-то приезжают и говорят: «Давай я буду бесплатно с тобой стоять». Они обычно 100 долларов за спарринг дают, если не ошибаюсь. Так же и Оверим, Орловский. Между собой они не спарринговались, нанимали всяких кикбоксеров. Может, думали, что могут в будущем встретиться между собой.

С Джоном Джонсом мы и спарринги делали, и грэпплинг. У него нет такого, чтобы пытаться кого-то срубить. Все аккуратно, спокойно. Я понял, почему он выигрывает. Когда он стоит напротив тебя, он буквально держит тебя в двух метрах от себя и не дает подойти, просто расстреливает. Если пытаешься сократить дистанцию — он бьет ногой по колену или по корпусу. Невозможно достать. А вот в борьбе он не впечатлил, если честно. Я с ним и по вольной боролся, и по грэпплингу.

«Когда ездил в лагерь к Джону Джонсу, он ходил с пивным животом. Реально был как алкаш». Огненные истории бойца UFC

«В Альбукерке грабили бойцов. Подойдут пять-шесть человек с ножами — что ты сделаешь?«

Про Альбукерке

— К счастью, в переделки там не попадал, но были странные моменты. Идешь — а на тебя человек стеклянным взглядом смотрит. Может, наркоман. Вот и думаешь: «Что ему сказать? Мимо пройти, или что-то сказать, но кто знает, чем это закончится?». Приходилось быстро проходить мимо, чтобы он не смог ничего сказать и не нужно было отвечать.

Вообще, мне рассказывали, что там примерно у каждого второго есть пистолет. Можно на бомжа напороться — а он приставит ствол к голове и скажет «снимай штаны» или «выворачивай карманы». Не сделаешь — просто пристрелит. Говорят, такие случаи реально были. Ходил там, остерегаясь. Там был Миша Любимов (работник Jackson Wink), у него был пистолет. Бывало, просили у него, чтобы на улицу выйти.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Shamil Gamzatov (@gamzatovmma) 28 Ноя 2018 в 3:56 PST

Про American Top Team

— По финансовой составляющей выгоднее всего заниматься там. Платишь 5 процентов с гонорара — в это входят и групповые тренировки, и кроссфит-занятия, можно отдельно поработать с боксером, тайским боксером или специалистом по джиу-джитсу. Просто нужно подойти к тренеру и спросить, есть ли вариант поработать. Он говорит, в какое время нужно прийти. Записываешься и идешь.

Самый плохой зал, какой видел в Америке? Там таких нет. Там даже домашние залы у людей оснащенные. Мы как-то тренировались у Гектора Ломбарда, помогали Рашиду Юсупову перед боем, в котором он потом сломал челюсть. Его соперник тренировался в АТТ, поэтому Рашиду не разрешили там тренироваться. Мы помогали ему, Гектор дал добро на то, чтобы тренироваться у него. Зал там — как моя комната, 5 на 5, мы там занимались. Нормальные у него там условия.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Shamil Gamzatov (@gamzatovmma) 16 Июл 2018 в 1:15 PDT

Про Бозигита Атаева

— Бозигит бьет так, как, наверное, ни один человек не бьет. У него просто сумасшедший удар. Расскажу об одном инциденте. Когда мы делали спарринги в American Top Team, нас, россиян, ставили только между собой. Почему? Потому что несколько раз было, что Бозигит в спарринге бился с одним американцем, а тот просто снимал шлем и… Реально плакал! Прикинь, плачет и уходит! Просто не мог работать с Атаевым. У Бозигита удары такие жесткие, что голова болит после каждого спарринга. Он, вроде бы, сильно не вкладывается, но у него пушечный удар от природы. Думаю, дело в том, что он уже 30 лет оттачивает стойку. Он так попадает, как будто встречный поезд в тебя въезжает.

Что за американец уходил от Атаева? Разные были, имен не помню, помню, что были из Bellator. В какой-то момент Бозигита начали ставить с тяжами, но он и их бил. Они тоже говорили: «Что за удар?!» Тот же Грег Харди один раз встал с Бозигитом в пару, а потом, после спарринга, сказал: «Научи меня бить так же!» И Атаев показал ему что-то на груше. Бозигит может стать хорошим тренером в будущем, он всегда готов подсказать. Думаю, у него самого желание есть. Стоит просто спросить, как бить — он тут же начинает показывать все фишки.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Bozigit Ataev (@bozigit_ataev) 13 Июн 2019 в 11:56 PDT

Про Магомеда Анкалаева

— По поводу Анкалаева могу с уверенностью сказать, что он — боец топ-5. Если будет все делать правильно, выиграет пояс. У него есть выносливость, немереная сила, он с обеих стоек работает на все сто. К тому же, он еще и младше на 3 года, если не ошибаюсь. Все на его стороне — и время, и все остальное. Он должен выиграть, по крайней мере, я в это верю.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Shamil Gamzatov (@gamzatovmma) 9 Окт 2019 в 7:24 PDT

Про Александра Густафссона

— У Густафссона реально есть все, но не знаю… Не могу сказать, что ему не хватает характера, он, например, с Кормье в концовке взрывался, уступая в поединке. Может, невезучий он. Когда он у себя на родине дрался с Энтони Джонсоном, за минуту был отправлен в нокаут. Невезучий, он, наверное… А так, по работе в спарринге могу сказать, что у него удары руками даже потехничнее, чем у Джона Джонса. Правда, на этом арсенал и заканчивался. Не сказал бы, что он хорош в работе ногами. Он еще просто большой, неудобный. Рост 196 см. Когда стояли с ним в спарринге, я мог нормально напирать в первом раунде, а во втором-третьем уже силы заканчивались, нелегко было его валить. Я тогда весил меньше 95 кг, а он — 108-110. Тяжелый парень.

Про Тиаго Сантоса

— Джон Джонс удивил тем, что держит дистанцию, как по учебнику, своей техникой ног и неожиданными ударами. А Тиаго Сантос — самый взрывной боец. Когда мы с ним спарринговались, он бился в категории до 84 кг, а я — до 93 кг. При этом, он весил больше, чем я, чуть ли не на 10 кг. Когда вышел против него, даже не знал, что он из UFC. Думал, обычный бразилец. Мы с ним зарубились, я сделал 3-4 раунда и очень устал. Тем более, только проходил акклиматизацию. Спросил у кого-то: «Что это за парень, где выступает?», а мне отвечают: «Да он в UFC, у него уже 10-12 боев». Подумал: «Ничего себе! Вот с кем я боксировал, оказывается. А я-то думал, что он так напирает?»

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Shamil Gamzatov (@gamzatovmma) 17 Окт 2018 в 8:05 PDT

Про жуткую весогонку

— В PFL я дрался в среднем весе. Весил тогда 95 кг, согнал без больших проблем, но там был очень плотный турнир. Пять месяцев, кажется, шел. Нужно было каждый месяц делать вес. Вроде легко согнал его в первые два раза, но после второго почувствовал, что что-то не так. Как будто органы болели, тело не слушалось. Бегать не мог нормально, прямо. На третий раз, когда я должен был драться уже в плей-офф, вес перестал уходить. Может, сказалось, что я сделал операцию на колене. У меня была травма мениска, удалил поврежденный кусок. Может, из-за этого произошел сбой в организме. Вес стоял на 90 кг и не уходил ни в какую, хотя я почти две недели ел только траву.

Все говорят, что средневесы в UFC крупнее меня, но я лучше поберегу здоровье. Лучше проиграю бой, чем буду умирать, гонять до среднего веса, что может привести к худшим последствиям.

Кстати, у меня левый глаз стал хуже видеть из-за этого. Когда я гонял вес в PFL, чуть ли не на 50 процентов потерял зрение. Обратился к врачу, и меня после этого сняли с боя. Доктор сказал, что это последствия весогонки, что нужно сняться. У меня были какие-то проблемы с глазным нервом, он даже пульсировал. Глаз восстановился только через полтора года, и то не на сто процентов. Ужасно. Вчера видел надпись на стене, а сегодня просыпаюсь, и уже не могу прочитать ее. Насторожило, решил, что надо звонить.

Находясь в Петербурге, прошел обследование в диспансере, там сказали, что с глазом уже все нормально. Повезло, ведь могло остаться плохое зрение. Обычно у людей, кому около 30 лет, ухудшения в зрении уже не исправляются. Тем не менее, сказали, что пока все нормально. Значит, не пришло еще время.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Shamil Gamzatov (@gamzatovmma) 19 Июл 2019 в 12:59 PDT

Про тренировки в Москве и Дагестане

— Москве — не лучшее место для тренировок. Когда там ездишь на тренировки, тратишь часа по три, если живешь не рядом с залом. К тому же, там стабильно проблемы со спарринг-партнерами. Либо постоянно занимаешься с одним и тем же, либо нет никого и приходится спарринговать с маленькими. Я хотел стоять с разными спарринг-партнерами, поэтому ездил в Самбо-70. На дорогу в одну сторону уходило часа по три. Думал: «Блин, да я за это время уже три раза потренировался бы и отдохнуть успел».

К нам в Дагестан приезжают тренироваться многие бойцы из СНГ, да даже из Африки один парень приезжал. Прилетали две команды из Казахстана. Дагестан — хорошее место для тренировок, тут есть все — море, горы, все есть. Единственное — залы не т. е. У нас печальная обстановка в залах, все как в каменном веке. Все обваливается, в матах дырки, гвозди, что угодно. Есть и нормальные залы, но у нас в «Горце» спартанский. Опять же, все, кто приходит, говорят: «Такой зал убитый, а столько чемпионов!»

Единоборства / ММА: другие материалы, новости и обзоры читайте здесь

Источник www.sport-express.ru